В воспитательной колонии Ангарска мучили и истязали подростков, треть пострадавших исчезла

Актив занимался "дедовщиной": остальных, помладше, регулярно избивали с использованием палок, ставили в растяжку, унижали, заставляли часами ходить на корточках по плацу.

Хулиганами было придумано даже специальное "наказание" — "за четыре кости": когда подростка поднимают за руки и ноги высоко, под потолок, и бросают на пол. Самым страшным наказанием было "ставить под весло": ребенка заставляли согнуться, на плечи клали палку (чаще эта палка из столовой, которой доставали противни из печи) и избивали.

Только "бугор" — лидер актива — решал, можно ли после экзекуции обратиться к врачу, и если можно, то кому. Пострадавшим было запрещено жаловаться сотрудникам колонии и родственникам. Еда в столовой на раздачах (особенно мясо, курица) заканчивались на середине очереди: "активисты" отнимали самое лучшее. "Избивали и наказывали за любое действие или в зависимости от настроения активистов. Подростки спрашивали: "За что?", а им отвечали: "За бесплатно!" — сообщается в отчете ОНК.

Сотрудники колонии, естественно, были в курсе происходящего — марши гуськом на плацу, например, попадали, как и многое другое, в обзор видеокамер, — но оставались безучастными.

Они попросту не занимались никаким, даже минимальным наведением порядка.

Единственное — один из сотрудников также регулярно принимал участие в демонстративных "наказаниях" подростков и, видимо, с удовольствием бил их сам.

Все это продолжалось на протяжении длительного времени, и наконец 15 марта дети подняли бунт.

Начались драки, погромы, поджоги матрасов и простыней. Активисты и бугор побежали в дежурную часть, чтобы спастись. Дети выпрыгивали из окон здания, выбегали из дверей. Прибывшие на место сотрудники колонии и управления ГУФСИН сдержали толпу. Бунтующим было предложено пройти в школу, в кабинет №20, и составить жалобы. Им раздали бумагу и ручки. В этот же момент сотрудник-изувер вел видеосъемку происходящего.

Когда дети писали жалобы и заявления, в кабинет, отстранив сотрудников ФСИН, ворвался спецназ и стал избивать ребят дубинками.

Мальчишки рассказали, что у них были синяки на спине, голове, на шее, но на момент визита членов ОНК 21 марта 2015 года, 25-го и 27-го отметины уже сошли. "Били как взрослых", — вспоминают они. "А как их было еще успокоить, ведь они были для нас угрозой", — отвечают на это сотрудники АВК. Один подросток (как и остальные, просил не называть его фамилию, потому что боится расправы) во время избиения спецназом увидел на полу ножик и порезал себе руку, чтобы хоть как то прекратить избиения, но его тоже, несмотря на кровотечение, согнули в ласточку и вывели в грубой форме, даже не оказав первую медицинскую помощь.

Избитых малолетних заключенных уложили на пол, а потом ласточкой вывели из здания школы, а позднее развезли в разные УИС:

СИЗО №6 Ангарска, СИЗО №1 Иркутска, ЦБ-1 при ФКУ ИК №6 Иркутска.

Учреждения, в которые развезли пострадавших, члены ОНК посетили также. Они отметили, что, хотя нарушения и есть, сотрудники ведут себя адекватно, ребята не выглядят запуганными. В АВК они постоянно озираются на сотрудников, а сами фсиновцы хамят даже наблюдателям.

Интересно, что весь актив не был переведен в колонию для взрослых, а целиком оставлен там, в той же общей комнате с его жертвами. Некоторые члены актива были впоследствии отпущены по УДО.

Правозащитники потребовали всестороннего расследования преступлений в отношении несовершеннолетних, совершенных и более старшими осужденными, и сотрудниками колонии, изоляции садистов, а также изучения вопроса правомерности применения спецсредств спецназом, привезенным в колонии для усмирения бунтовавших.